100 ЛЕТ НЕОДИНОЧЕСТВА!!!

Или о том, чем мы обязаны Октябрьской революции
Помимо прочих, бесконечных и разнообразных прогнозов, посвященных русской революции почему-то более всего вспоминается полностью сбывшееся предсказание русского философа – космиста Николая Федорова, который ясно и четко связал историческое поражение социализма как расплату за… материализм. Так оно и вышло, несмотря на то, что доктрина, положенная в основу революции, была для своего времени самой передовой, научной, справедливой и буквально заразившей своим творческим устремлением к лучшей и достойной жизни всю планету. И именно поэтому непреходящие ценности классической социологической школы, и отверженное Лениным соединение доктрины с христианской верой (по Богданову), не позволило продлиться державному величию СССР более 70 лет. Однако это не мешает нам выявить потерянное нами гуманистическое наследие, найти его пробелы и вновь обрести надежду на то, что бесценный опыт России для человечества не канет в Лету, а послужит новому мессианскому служению.

Исторически России предопределена миссия объединения Запада и Востока согласно упомянутой философии общего дела Федорова (плюс к этому см. многие другие прогнозы из кн. В. П. Гоча А.Ю. Капкова «Коды Библии – притчи истории»).
Геополитические последствия для России сегодня выливаются в триаду взаимодействий: Россия — США – Китай (а по большому счету к Китаю нужно поставить еще один плюс — + Индия, несмотря на пропагандистскую кампанию, развернутую против такой широкой интеграции русского проекта). Но, чтобы осмыслить перспективы такого, самой жизнью намеченного глобалисткого проекта, надо также наметить ключевые точки воспринятых миром идей, как свежим ветром перемен, принесенных революцией.
НЕЗАБВЕННЫЙ ПРИМЕР СОЦИАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА
Прошедшая эпоха социалистической революции продемонстрировала миру самый главный пример — пример социального государства. И все страны, все экономики мира не смогли отмахнуться от высокого идеала раскрепощенного труда. Даже противодействие старого мира, вооруженного кейнсианской моделью возрастающего потребления, были не более чем плохой калькой основного закона социализма. А ведь только этот закон определял прогресс, как движение к неуклонному экономическому и духовному росту человеческого благосостояния (не путать с законами накопления, эквивалента, трудовой стоимости и т.д.). Нынешнее забвение этого закона – источник сегодняшних неудач России. Поэтому этот прогноз требует уточнения и объяснения того, как происходило историческое заимствование, каковы были от него отступления, падения и новые обретения?
СРАВНЕНИЕ «СОЦИАЛИЗМОВ» И МОДЕЛЕЙ
Многие исследователи спешат доказать упомянутый тезис на примере Китая. Но тут лучше не торопиться с выводами. Первое, что бросается в глаза: Китай в 90-е 2000-е годы перенял нашу индустриализацию 30-х годов прошлого века. Налицо два почти абсолютных совпадения: Россия и Китай до начала своего взлета по своему укладу были практически тотально аграрными странами. И резерв рабсилы гарантированно обеспечивался притоком людей из деревни. В КНР до сих пор этот резерв не исчерпал своей силы (т.к. более 50% населения проживает в деревне). В РФ с четвертью проживающих в сельской местности указанный резерв исчерпан в силу истощения (еще со времен сталинской коллективизации, беспаспортного, а потом и безденежного прозябания) деревенской глубинки. (Новый прогноз для деревни в РФ определяют последствия хищнических действий со стороны бесплановой конкуренции агрохолдингов. От них вполне реально ожидать нового закабаления и истощения российских пажитей. Такое закабаление объясняется так называемым прусский способом, описанным еще в работе Ленина «Развитие капитализма в России» и его аграрной программе, когда в селе складывается хищная монополия нескольких групп собственников. Они всецело присваивают себе бизнес на земле, пренебрегая протестами против безмерной эксплуатации территорий с почти полным забвением своей социальной ответственности. Такой ущербный сельхоз-капитализм уже сегодня находит подтверждение в прорехах деревенской инфраструктуры. В частности, он уже показал свою беспомощность в нынешнем году, когда инфрастукруктура села оказалась неготовой принимать рекордные урожаи.) Но это кстати…
В обоих случаях (для КНР и СССР) индустриализации помог мощный приток американского (вообще западного) технологического капитала, породив этап бурного развития с известным музыкальным лозунгом «Время вперед»! И, если делать политэкономическое отступление, то мы видим, что развернутая формула капитала (с+v+m: капитал+ рабсила + прибавочная стоимость) органически не способна обходиться без труда. Мы также видим, что любой состоявшийся вывоз капитала (а в ХХ столетии он был по преимуществу технологическим) всегда стремился в регионы с дешевой рабочей силой. Так было и с Россией в 30-е годы, и с недавним подъемом Поднебесной и всей зоны АТЭС с развивающимися странами-тиграми.
В современном мире новые тенденции слияния труда с капиталом обретают необычные (иногда диаметрально противоположные) формы. И именно спустя 100 лет после революции обрел фундаментальность тезис о том, что труд никогда не может существовать и обходиться без капитала, как и капитал без труда в свою очередь. А в эпоху виртуального обновления сам труд превращается в капитал, который все больше называют капиталом человеческим, что имеет уже не метафорическое, а вполне прямое значение в силу ее интеллектуальной составляющей, как научной движущей силы производства и общества. Именно поэтому к такому труду постоянно идет инвестор, пытаясь слиться с ним через венчуры, стартапы (правда, не наши «отмывочные» «Сколковы», но уж точно, через новые, эффективные системы свободного интеллектуального рынка и новых форм предложения). А в последнее время по этой же схеме сбылся наш прогноз (почти 10-летней давности) о возвращении отечественных ученых из-за границы, прием которых сегодня обеспечивается мегагрантами (более полутора сотен только из США)! И тут, кстати, заметить, что точно также китайская научная диаспора возвращалась в Поднебесную, чем помогла обеспечить подъем научного уровня своей экономики и ее высокие темпы.
Однако эволюция труда шла и по другой схеме – и при банкротстве и деградации территорий приводило (в старых терминах) к пауперизации и маргинализации огромных масс людей. Поэтому необходимость трудового притока для капитала породило и прямо противоположную тенденцию труду интеллектуальному — движение «гастарбайтерской революции» (кстати, худшего заимствования России у современного глобализма). Но, слава Богу, есть прогноз изменения ситуации, который опирается на новые отрадные факты, что уже хотя бы нынешние пост-советские гастарбайтеры не будут бичом в конкуренции с коренными рабочими РФ. В Узбекистане, например, по последним сообщениям прессы, для этого стали делать совместные КамАЗы (хотя при СССР было даже совместное авиапроизводство и еще много чего совместного). В целом же задача новой пост-советской интеграции может сдвинуться с мертвой точки с помощью распространения подобных сценариев на всей территории ЕврАЗэС и ЕАЭС.
И вот еще один глобальный прогноз в отношении труда. Все ждут замены человека роботом на производстве. Но этого не произойдет, по крайней мере, быстро. Главная причина тут в том, так называемые гастарбайтерские революции еще далеко не будут изжиты, а значит, и балансирование труда на грани низко квалифицированной подсобной роли еще долго будет сохраняться в условиях нарастающего дефицита передовых профессий в мире. И сам примитивный труд (в силу своей низкой цены) еще долго будет мешать внедрению роботизации. На планете Земля 1 млрд. человек голодает и примерно столько же не имеет работы, — а это структурный элемент пополнения мировой армии гастарбайтеров, а также нерешенный вопрос для ООН по программам борьбы с нищетой и бедностью. А значит, — человечество не сможет быстро ликвидировать источник будущих локальных войн с самым худшим использованием этой массы в качестве гастарбайтеров для войн. При этом практика борьбы с указанным злом, в т.ч. злом терроризма, будет обретать новые формы, требуя совершенствования норм международного права и форм межстрановой кооперации и интеграции (хотя это уже отдельная тема).
Но не только описанные крайние формы трудовой организации подытоживают 100-летие русской революции. В той же Франции (на родине другого великого перелома для человечества), с 2006 года (видимо в качестве реакции на окончательное падение социализма с ее нормами социального государства) было несколько попыток выхолостить гарантии из трудовых кодексов. В 2006-м, когда французский премьер Вильпен внес скандальный закон о контракте первого найма, этот шаг вызвал бурю забастовок и заставил президента отменить скандальную новацию. Но ведь такая же попытка ухудшения «КЗОТа», остановленная народными протестами, была предпринята и при президенте Оланде и при Макроне.
ГЛАВНОЕ ЗАИМСТВОВАНИЕ КИТАЯ
Но вернемся к причинам появления китайского экономического чуда и того распутья, на который встала Россия, отказавшись от советского наследия. И сразу увидим, что Китай полностью, что называется, взрос на советских заимствованиях. И неспроста мы начали наш пост-революционный экскурс с трудовых вопросов, потому что первое, что сделали в Поднебесной, – фактически полностью скопировали наш КЗОТ. Видимо, есть тут какая-то магия цифр. В СССР трудовой Кодекс приняли на столетие В.И. Ленина в 1970-м году. И почти четверть века спустя (в 1994-м, 5 июля) в КНР был одобрен свой главный трудовой закон, который установил 8-часовой рабочий день, дал основные гарантии для гармоничного воспроизводства рабочей силы, и заодно запретил использование детского труда. А дальше — больше. Аналогично в КНР была заимствована наша система школьного образования и воспитания (рабочих и научных) кадров. Точно также, после долгого отсутствия пенсий (объясняемое необходимостью конфуцианского попечения о родителях) сегодня у китайцев появился аналог советской пенсионной системы со средними выплатами более 33 тысяч рублей в месяц. Налоговая система с прогрессивным налогообложением (в отличие от российского идиотского разделяющего людей по доходам плоского налогам) – также советское заимствование. Аналогично и бесплатное медицинское обслуживание пришло в Поднебесную из СССР. И, наконец, планирование (в нынешнем его виде как планирование глобальных рынков с формулами вроде «одна широта – один торговый путь») – также родом из Союза.
Перечислять эти заимствования можно и дальше. Но главное тут в том, что защищенный труд, соединенный с капиталом по высоким советским стандартам, а затем оплодотворенный инновациями, и обеспечил рывок Китая на глобальном уровне. Такой синтез помог включить в формулу прогресса самые передовые наработки советского социализма совместно с последними инновационными моделями экономики. Какие же прогнозы из этой констатации можно сегодня сделать для России?
Ныне многие политики, политологи и социологи РФ постоянно вещают о том, что России полезно было бы сохранить прежние наработки социального государства. Наше издание («Прогноз развития») еще пять лет назад к 20-летию развала Союза (в 2011-м) давало свой прогноз с говорящим названием «Назад — вперед — в СССР!». И мы уже тогда писали, что, если этот переход в будущее (с помощью прошлого) будет сопровождаться нынешним социальным дуализмом (с разрешенным командным, в т.ч. оффшорным буржуйством, с отрывом от нищающего народа), то ничего хорошего из этого не получится. Потому что все применяемые системы реформирования в нынешней России созданы как химеры, а химеры, как известно, жизнеспособными не бывают. И нигде такого в мире нет, чтобы бесплатная медицина соседствовала с платными страховками. Нигде не практикуется подобной постсоветской монетизированной билиберды, которая постоянно преследует регионы закрытием десятков тысяч медпунктов и школ, повышением стоимости лекарств, вымыванием дешевых медпрепаратов, «рывками» по переоснащению отрасли образования и медицины высокотехнологичными достижениями и при этом попрошайничеством денег для больных детей в рекламных ТV-акциях.
Сегодня из-за своей химерности многие наши достижения очень похожи на те великие скачки, которые практиковались в Китае при Мао Дзедуне, пока страна не обогатилась советскими заимствованиями. Видимо, таково кривое зеркало истории. По аналогичной (пародийной схеме) пошла и наша пенсионная система с ее фондом накоплений (а у нас вместо него с постоянными дотациями из Фонда нацбезопасности). А потому наша «пенсионка» не стала источником столь желанных «длинных денег», поскольку, как и другие соцпрограммы, сплошь стала химерной! Так в чем же выход?
КАК ОПРЕДЕЛИТЬ ЭПОХУ?
Выход в том, чтобы обрести ту, присущую союзу системность, которой всегда славилась российская (советская) научная мысль, направленная на преобразование и улучшение жизни. Эта системность еще сохранилась в военной сфере. И поэтому военные реформы (а по сути возвращение к жизни советских разработок) помогли вернуть паритет не только в ядерной сфере – гаранте нашей безопасности, но и за счет гиперскоростей и прорывных моделей цифровых кибертехнологий позволили обогнать все достижения западных деградирующих армий. А что дальше? Для чего нам мериться военной мощью с западным миром?
Тут невольно вспоминаются, как вождь пролетариата Ленин призывал к тому, что революция должна не только побеждать кавалеристким наскоком, но и уметь защищать завоеванное (см. его работу «Государство и революция»). Тут также вспоминается и ленинские определение своей эпохи. ХХ век он характеризовал, как время войн и революций. Мы в своих прогнозах определили нашу эпоху как время локальных войн, и естественно – локальных (цветных) революций. А таковой наша эпоха становится не только из-за сдерживающего фактора ядерных вооружений, не дающих разгуляться уходящим со сцены гегемонам истории. Тут другое. Тут, как мы писали в одном из своих прогнозов, проявляется своеобразная карма Запада за разрушение нашего Союза. В другом прогнозе мы назвали это законом возвращающегося бумеранга. И этот бумеранг сегодня больно ударяет по головам многих мишеней современного цивилизованного мира.
И совершенно понятны всякие Брекзиты и развалы государств в ЕС, потому что зафиксированное в ООН право наций на самоопределение, прописанное (вообще-то) Лениным для Союза, во всем мире стали рассматривать, как бомбы, заложенные под суверенную целостность государств, а не как предмет для совершенствования равноправных отношений. Почему же на первый план ставится не уважение к тем нацменьшинствам которых нельзя огнем и мечом ассимилировать, и почему бы не вспомнить библейскую Христову формулу «не жертвы хочу, а милости»! Почему же равноправие уходит только в сферу прагматики, в устаревшие формулы политического реализма, а не в гуманность сосуществования?
На эти вопросы ответы дают сами европейские «отделенцы» и их держатели, вооруженные логикой глобализированной бюрократии. Мы эти прогнозы давали и говорили, что ограниченность такого (глобалисткого чиновничества) ведет человечество в тупики взаимных зачастую неразрешимых претензий. Потому что они уходят не только от лозунгов свободы равенства и братства, но и забывают, что христианское братотворение должно быть не только политкоректным, но и по настоящему терпимым. А потому сбывается прогноз философа Федорова о том, что «порнократия» (а это термин, прописанный им еще в 19 веке) грозит развалу Европы.
И в заключение. Его тоже хочется посвятить определению грядущей эпохи. Еще в ХХ столетии наш великий философ Вернадский (кстати, советской поры) определил наступление эпохи разума – ноосферы. Однако и по сей день мы видим, что коллективное бессознательное своими темными (нецивилизованными и дикими) архетипами буквально раздирает современный мир на зоны национальных интересов и провоцируют развалы и расползания по нацквартирам с восстановлением национальных эгоизмов и мелочных счетов.
И все же сегодня появился шанс на исправление положения за счет так называемой цефализации мира (по Козыреву), а по простому говоря, «пристегиванию» головы (и разума) ко всему нашему развитию. В мире это называют новой виртуальной революцией. Однако не надо забывать, что первую формулу виртуальности дал еще Карл Маркс, описав ее как формулу движения капитала: деньги-товар-деньги и т.д. и т.д., устремляя это движение в неведомую бесконечность. И если сравнить это с тем, как не остановимым образом эту бесконечность вышибают из виртуальной валюты, майнинга и блокчейна, то нельзя не сказать о том, как недалеко мы еще продвинулись. Но не есть ли пределах всей этой вакханалии, также определение эпохи?
На наш взгляд есть. Потому что виртуальность и использование кибер-машин приносят для истории не только идеи «умных вещей, технологий и домов», но также и идеи «умных отраслей» и даже «умных государств». Вот таким умным государством и должна стать Россия. Разработку такой модели для СССР еще в 70-х – 80-х годах прошлого века нам давали советские кибернетики, специально обсчитывая для этого цифровые динамические модели планирования в общегосударственной автоматизированной системе. А сегодня идею «умного государства «дают многие их последователи — ученые, в т.ч. из МГУ (одна из них – профессор-кибернетик Е.Н. Ведута, докладывавшая об этом недавно на научной конференции в Италии).
На этом определение предстоящей эпохи, конечно, не заканчивается. Но все подобные прогнозы были рождены той революцией, которая 100 лет назад всколыхнула мир. И этот прошедший век не стал веком одиночества, а нашел своих продолжателей, последователей и сторонников!
Александр КАПКОВ