ВРЕМЯ ПЕЧАЛОВАНИЯ ИЛИ ПРЕДСКАЗАННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ

fedorovvsnostrОб этом еще в ХIХ веке написал русский философ, который в своих сбывающихся предсказаниях о развитии цивилизаций видел гораздо дальше и глубже любого Нострадамуса…
Ну, разве это не удивительно, что недавно весь мир восхитился, как предстоятели католицизма и православия недавно встретились в символическом месте на острове Свободы. Но в том-то и дело, что это объединение церквей (для общего дела приближения всех христиан к Христовым заповедям) удивительно прозорливо предсказал знаменитый русский философ – космист Николай Федоров еще в конце позапрошлого ХIХ века. Глубокое изучение этим философом религии, как живого процесса (и как тут не вспомнить евангельского апостольского выражения, что «вера без дел мертва»!) позволило федоровским прогнозам сбываться с поразительной научной точностью. Собственно поэтому мы и сделали наиболее доступную выборку его высказываний, как сбывшихся предсказаний, потому что они понятны каждому вне зависимости от конфессиональной принадлежности. И такая, удивительная, прогнозная сбываемость происходит потому, что Федоров, как ученый, всегда считал христианство самой достоверной и передовой наукой.

Другие комментарии пока делать излишне. Поэтому мы просто поставили под некоторые его небольшие фрагменты философских эссе маленькие заголовки-пометки, известные ныне своей очевидностью. Но не это главное. Мы хотим, чтобы вы просто вчитались в то, что предполагал наш, (и по сей день) столь мало изученный соотечественник-прозорливец. Просто вдумайтесь в его нестандартные определения (и даже фантастические предположения), просто проникнитесь его подвижничеством, вглядитесь в подвиг  тихо и негромко совершаемого им дела братотворения…
К ЧЕМУ ПРИВЕДУТ КРАЙНОСТИ ЗАПАДА?
«…Католицизм и протестантизм одинаково чувствуют свои недостатки, и некоторые из католиков и протестантов с надеждою обращаются к Востоку, ожидая света оттуда. (По мнению Запада, христианство возвысило только личность; очевидно, в этом случае Запад смотрел односторонне, потому что в самом главном догмате христианства, в догмате о Триедином Боге, не только придается высокое значение личности, но вместе с тем установляется и глубочайшее единство между личностями.) Кризисы всякого рода, философский, религиозный, социальный, приводят Запад к предчувствию, если не к сознанию, что выработанная им цивилизация не заключает в себе спасения. Итак, даже здесь, по-видимому, вопрос о восстановлении после революционно- критических разрушений становится на очередь. Крайности, к которым пришел Запад вследствие односторонности своего развития, могут вызвать этот вопрос как реакцию и могут произвести соединение Запада с нами…»
«ЗАПАД, УПОТРЕБЛЯЯ ИСЛАМИЗМ КАК ОРУДИЕ…»
«…Несмотря на разделение церквей, несмотря на то, что мы не думали о действии по общему плану, события обнаруживают как бы общий замысел, исполняемый всем христианством. В то время, когда Россия углубляется в степи, умиротворяет кочевые племена, Запад Европы, начиная с конца XV века, обходит магометанство с моря. Теснимое с двух сторон, оно, конечно, сдалось бы, было бы обезоружено; к сожалению, Запад не понимал значения своего собственного дела, и потому в настоящее время окруженною оказалась Россия, народ земледельческий, следовательно, по преимуществу мирный, а не магометанство. Запад, употребляя исламизм как орудие, силится нанести удар славянству, которое своею грудью защищало тот же Запад; и как только будет разбита эта грудь, исламизм, не опасаясь более России, сбросит с себя оковы Запада и подчинит себе английские владения в Индии, т. е. поставит мир в status quo ante  XVI или даже ante IX век; затем по трупу России исламизм шагнет к самому Западу; светский милитаризм Германии при первой встрече с религиозным милитаризмом ислама, быть может, одержит над ним блестящую победу; но только война этим не кончится, нужно будет сделать выбор или ежегодно подвергаться нападениям, и тогда ранние воспоминания Запада, связанные с именем Атиллы, из прошедшего сделаются настоящим, тогда Запад узнает, что Атиллы еще живы; или же должно будет снова начать ту работу умиротворения кочевников, которую Россия совершала в течение всей своей тысячелетней истории... Вот что значит единство человечества! Европа считает своим врагом Россию; но как только этот враг, эти мнимые туранцы (мы, впрочем, не пренебрегаем и этим родством) погибнут, Европа увидит у себя в гостях истинных туранцев. Ужели тысячелетняя работа, когда она приходит уже к концу, когда наши линии подходят почти к индийскому Кавказу, когда нам стоит лишь протянуть руку Англии, чтобы было завершено христианское кольцо, охватывающее исламизм (для обезоружения его и обращения к земледелию), — ужели эта работа будет уничтожена нравственною близорукостью Запада…».
***
«…Мы слышим притчи Христовы от последователей Его, восточных и Западных, и единственный критерий, по которому мы можем ценить их христианственность, критерий, стоящий выше всякой критики, который никакая критика никогда не поколеблет, это отсутствие вражды как к той, так и к другой стороне и любовь к обеим…».
***
Петербург в материальном смысле есть крепость, защищающая нас от Запада, а в духовном — он крепость, господствующая над нашими душами, подавляющая их вместо испытания (т. е.  воспитания).
***
Запад получил капитал древнего знания, Москва же наследовала лишь долг, приняла на себя обязанность освобождения Востока и просвещения его (Мелетий Пигас); но исполнить этот долг Москва может, только получивши умственные средства от Запада.

СОКРУШЕНИЕ О РАЗЪЕДИНЕНИИ (ПЕЧАЛОВАНИЕ)
Называть церковь вселенскою, пока в мире есть неверные, т. е. не принявшие еще братской обязанности, не давшие слова верности или изменившие ему, было бы противно истине и действительности. Если же нет церкви вселенской, то нет и литургии верных (нет, пока есть еще неверные и изменившие). Наша церковь, называя себя православною, не хочет превозносить себя этим названием; напротив, она хочет выразить этим сознание своей неполноты, в силу которой она со времени отделения западной церкви уже не считает своих соборов вселенскими и решений своих поместных соборов за вселенские истины не выдает; сохраняющееся же за православной церковью название «кафолической» от времени, когда она и на деле была почти таковою, свидетельствует лишь о том, что православная церковь признает необходимость вселенской церкви, о чем и молится постоянно, молясь «о соединении церквей». Православие есть сокрушение о разъединении (печалование) и желание полноты объединения по пространству (всех живущих), по врехмени (всех умерших), по силе (воскрешение в жизнь неразрывную). Из сокрушения о разъединении живущих происходит литургия оглашенных, т. е. объединение живущих (братотворение), церковь видимая, земная для совершения литургии верных. Из сокрушения об умерших (поминовение, восстановление их в мысли) происходит общее дело (литургия верных), т. е. восстановление умерших уже в действительности, чтобы невидимая церковь стала видимою.